Сытин П.В. о планах Москвы в древности

Сообщение Kolesov » 30 окт 2011, 12:55

Сытин П.В. о планах Москвы в древности в книге "История планировки и застройки Москвы. Материалы и исследования (1147-1762)", т. 1, М., 1950:
...
Кроме реальных и заслуживающих доверия записей о планировке и застройке Москвы в своем сочинении «Rerum Moscoviticarum Commentarii», Герберштейн оставил нам и приложенный к нему первый известный план Москвы, лучше сказать, Кремля с его окружением. Но в противоположность записям план всеми его исследователями признается совершенно не верным, фантастическим. Кремль дан в нем в виде четырехугольника, с запада и севера омываемого рекой Неглинной, с юга — рекой Москвой, а с востока подходящей к нему судоходной рекой, в которой можно предположить только Яузу. Левый берег Неглинной обсажен рядом деревьев. На правом берегу — две водяные мельницы в северной части, за которыми показаны ряды совершенно одинаковых деревянных двухэтажных домиков с наружными лестницами. Такие же стандартные ряды домиков к западу от Кремля и к востоку — до Яузы.

Кремлевская стена, кроме четырехугольных башен, одна из которых, северо-западная — воротная, показана имеющей на южной стороне пять глухих башен, на западной две глухие, на северной три воротные и на восточной три воротные башни. В последних можно узнать башни Никольских, Спасских и Константино-Еленинских ворот, от которых в Кремле показаны параллельные друг другу улицы. Планировка Кремля, его строительные кварталы, улицы, переулки, площади и застройка теми же стандартными домиками, что и вне его, с прибавлением к ним вместо церквей каких-то башен, поставленных большей частью в несоответствующих местах, совершенно не отвечают действительности, известной нам из документов.

Если план делал сам Герберштейн, по памяти, то надо признать его и плохим запоминателем виденного и плохим художником. Вероятнее же всего, что план делал за границей по данной им схеме один из приглашенных им чертежников, никогда не видевший Москвы.
...
На Петровом плане, первом плане-чертеже Москвы конца XVI столетия, мы не видим между современным Бульварным кольцом и Садовыми улицами никаких переулков и даже радиальные улицы не все: в Таганке — три переулка по западной стороне большой мостовой улицы и два по восточной; в Замоскворечьи — только один переулок к востоку от площади перед Серпуховскими воротами. Несомненно, эта планировка сугубо схематична и не является отображением живой действительности. ...

101575 Первый (полуфантастический) план Москвы в пределах Кремля и его ближайшего окружения дал, как уже сказано нами выше, Герберштейн. Но более или менее реальный план Москвы, тоже глазомерный, дан только в конце XVI века. По мнению С. К. Богоявленского, М. И. Александровского и других специалистов, он составлен по поручению Бориса Годунова приказными дьяками и лег в основание всех других планов-чертежей XVII века.

По мнению М. И. Александровского, специально занимавшегося исследованием планов-чертежей Москвы XVII века, этот первоначальный план-чертеж составлен не ранее 1596 года и не позднее 1598 года. В подлиннике не сохранился. Лучшая и ближайшая по времени копия с него — так называемый «Петров план», найденный в канцелярии Петра I и опубликованный впервые на русском языке в 1838 году. Копией с первоначального плана, очень близкой к Петрову плану, является и план царствующего града Москвы, опубликованный в 1663 году в «Географии» Блавиана в Амстердаме на латинском языке. По мнению М. И. Александровского, эти планы послужили основой для всех планов-чертежей XVII века, издававшихся за границей, с некоторыми только дополнениями и изменениями соответственно с временем их составления. Таковы, например, план Массы 1606 года, Сигизмундов план 1610 года, план Олеария 1634 года, Мериана 1643 года, Мейерберга 1661—1662 годов, Пальмквиста 1674 года, Таннера 1678 года, Моле 1683 года, Зандрарта 1701 года.

С первоначального же, или Петрова, плана были сделаны русские планы-чертежи XVII века. Например, Годуновский — в левом углу карты России, вероятно, составленной в приказе в 1604 году и гравированной за границей Герардтом в 1613—1614 годах; найден графом А. И. Мусин-Пушкиным, подписанным Екатериной II: «Москва по оригиналу Федора Борисовича»; на самом же деле по Петрову плану, но с изменениями, происшедшими с 1597 по 1604 год. В 1663 году Епифаний Славинецкий издал первую Библию с планом Москвы, восходящим к Петрову чертежу и чертежу Мейерберга. Вероятно, его составлял тот же русский, что и чертеж Мейерберга. В начале XVIII века во французском издании был издан маленький план Москвы, называемый Меншиковым, а в 1713 году Киприанов издал тоже маленький план Москвы, но он имеется лишь в одном экземпляре в Академии наук (сообщил Пекарский). Вероятно, это тот же план, который был в стенном календаре Брюсса (1706—1712 гг. ), изданном тем же Киприановым. В основе его тоже лежит Петров план.

На основании изложенного для уяснения планировки Москвы в конце XVI — начале XVII века достаточно рассмотреть этот Петров план, указывая затем изменения его в следующих планах.

101597 Как и все другие планы-чертежи Москвы, кроме плана Исаака Массы и Таннeра, Петров чертеж дает изображение Москвы в пределах Земляного города (Садового кольца) с колокольни Ивана Великого, но лицом на восток. На чертеже город резко разделен широким плацдармом вокруг современных бульваров, стен Кремля с Китай-городом и рекой Москвой, к югу от последних, на четыре части: Земляной (Скородом, Деревянный) город, Белый (Царь-город) город, Кремль с Китай-городом и Замоскворечье 83. Красной площадью, стеной и рвом Кремль отделяется от Китай-города. С севера Китай-город и Кремль ограждены за своими стенами прудами реки Неглинной; с восточной стороны за стенами того и другого видны рвы, через которые от Никольских и Спасских ворот Кремля и Никольских, Ильинских и Варварских ворот Китай-города переброшены мосты. Большой прорыв, или мост, через ров у Китай-города виден и против Рождественки. Через реку Неглинную большой мост показан против Тверской улицы, затем мост с отводной башней (Кутафьей) от Троицких ворот Кремля и деревянный мост от Боровицких ворот, Через реку Москву показан лишь один мост — Москворецкий. Через Яузу — тоже один мост, Яузский (ныне Астахов). Через реку Неглинную показан еще большой деревянный мост на современной площади Свердлова.

В Кремле показаны те же улицы, которые были при Иване III; те же улицы и в Китай-городе. Но площадь между Кремлем и жилыми кварталами Китай-города показана уже значительно застроенной рядами лавок. Между Никольской и Ильинкой мы находим на плане 20 квадратов (кварталов) с лавками и сплошные ряды лавок по Красной площади и Ильинке до Ветошного ряда. Между Ильинкой и Варваркой — 12 квадратов; между Варваркой и Мокринским переулком — 16 квадратов. Более всего были выдвинуты вперед на площадь лавки между Никольской и Ильинкой, затем — между Ильинкой и Варваркой и менее всего — лавки между Варваркой и Мокринским переулком. Восточная граница всех рядов шла по линии современных Ветошного — Хрустального — Зарядьевского переулков.

На площади перед Кремлем, позади Василия Блаженного, но рядом с ним, видна небольшая церковь (Николы Москворецкого). Между ней и южной стеной Китай-города видны четыре небольших ряда лавок (впоследствии известных под названием «Живорыбного ряда») и две маленькие церковки рядом (вероятно, Спаса Смоленского с придельной). К востоку от Василия Блаженного показано Лобное место; от Спасских ворот к Ильинке — деревянный помост («мост», по выражению того времени).

Между ним и таким же помостом от Никольских ворот Кремля на Никольскую улицу Китай-города показаны на площади еще четыре отдельные церковки и избушка. На месте Исторического музея — одна большая и одна маленькая избы. На Никольской, против рядов, между Красной площадью и Ветошным переулком, показаны ряды на другой стороне улицы (позднее Иконный ряд), за которыми до северной стороны Китай-города разбросаны отдельные мелкие строения.

Кроме четырех главных и параллельных друг другу улиц с запада на восток -Никольской, Ильинки, Варварки и Мокринского переулка — видим в пересекающих их улицах современные Ветошный, Хрустальный, Зарядьевский, Куйбышевский, Рыбный, Большой Черкасский переулки, Владимиров проезд, Псковский, Ипатьевский и Кривой переулки и площади-проезды возле внутренней стороны стен Китай-города, застроенные тогда только между Москворецкими воротами и глухой башней вблизи современных Проломных ворот на Москворецкую набережную. Из этих площадей позднее остались незастроенными только Старая и Новая площади у восточных стен Китай-города. В Зарядьи видны и линии современных Елецкого и Ершова переулков, севернее Ильинки — Старопанского переулка, а южнее ее — исчезнувшего позже переулка на месте Гостиного двора. Таким образом, современная планировка Китай-города вполне сложилась уже к концу XVI века.

Все существующие в настоящее время башни Кремля показаны на Петровом чертеже, кроме одной — маленькой царской башенки к югу от Спасских ворот. Но все башни показаны без высоких современных шатров. На современной Кремлевской, набережной, кроме существующей стены Кремля, показана еще одна стена с башнями против современной Тайницкой и Благовещенской башен.

На набережной реки Москвы, у стен Кремля и Китай-города, ничего не показано, а между современной Водовзводной башней и Боровицкими воротами, за рекой Неглинной, показаны строения какого-то двора, огороженного забором. В нем можно предполагать известный здесь позднее Лебяжий царский двор. Между Боровицкими и Троицкими воротами виден огороженный забором большой Аптекарский сад. занимавший все пространство между рекой Неглинной и современной Моховой улицей. Между ним и Кутафьей, против современной улицы Калинина, показана церковь Николы в Сапожке.

На обширной площади — плацдарме между Троицкими воротами и Неглиненским, позднее Воскресенским, мостом — видны два небольших ряда строений против современной улицы Герцена. В объяснении к плану они названы: «Новый земский двор» Дальше на площади показано строение с башенкой, повидимому, церковь Георгия на Красной горке, стоявшая на месте современного дома Американского посольства, но в объяснении к плану она называется больницей. Нечто вроде лавок показано к югу, у реки Неглинной, а у Тверской улицы, на месте современной Манежной площади, — большой двор со строениями по сторонам, отделенный переулочком от строений к югу. Это — Моисеевский монастырь.

Современный Охотный ряд показан продолжавшимся улицей прямо к востоку, до реки Неглинной, через которую был переброшен деревянный мост, уже в конце XV века называвшийся по улице Петровским. На улице показана церковь Анастасии Узорешительницы против Дмитровки (современной Пушкинской улицы), а между улицей и рекой Неглинной, параллельно им, стояли три длинных деревянных ряда лавок: Мучной, Житный и Солодовенный ряды. В выступе квартала между Тверской и Дмитровкой можно предполагать стоявшую здесь церковь Параскевы Пятницы. За мостом через реку Неглинную виден большой огороженный забором двор с большой конусообразной башней в центре и меньшей рядом — это, по объяснению на плане, «дом, где отливаются военные орудия», Пушечный двор.

Плацдарм за восточной стеной Китай-города занят только по обеим сторонам Варварских ворот лавками и другими мелкими строениями.

Вся остальная площадь Белого города плотно покрыта строительными кварталами, с улицами и переулками между ними, в которых можно узнать почти все существующие доныне улицы и переулки и указать ряд исчезнувших переулков. Первые мы перечислять не будем, а последние укажем.

Между южной стеной Белого города и современной Волхонкой, от Боровицкого моста до Ленивки, на плане указана площадь с одним лишь Лебяжьим двором в юго-восточном углу. Между же Ленивкой и современным Соймоновским проездом, по которому тогда проходила западная стена Белого города, указано три продольных, от Волхонки к южной стене Белого города, и один поперечный переулок у лежавшего в самом юго-западном углу Белого города Алексеевского монастыря. Из этих переулков к 1917 году сохранился лишь третий продольный (Всехсвятский), остальные три исчезли.

Между Волхонкой и улицей Фрунзе (бывш. Знаменкой) были: переулок с Волхонки между Большим и Малым Знаменскими и два переулка между этими переулками у Знаменки. На месте Музея изобразительных искусств показан обширный царский конюшенный двор. Кроме того, на улицу Фрунзе, коленом в северо-западной ее части, выходил Антипьевский переулок, а между ним и улицей Грицевеца (бывшим Б. Знаменским переулком) был еще один переулок.

Между улицей Фрунзе (Знаменкой) и улицей Калинина (Арбатом) на плане показано одиннадцать переулков вместо ныне существующих двух. Один из этих переулков, шедший по восточной стороне Арбатской площади, исчез только в советское время, после реконструкции этой площади в ее северной части. Между ним и Крестовоздвиженским переулком было еще четыре сквозных переулка со Знаменки на Арбат, позже исчезнувших. Между четвертым из них и переулком у Арбатской площади показано на плане еще три перпендикулярных к ним переулка.

Был еще один сквозной переулок между Крестовоздвиженским и улицей Маркса и Энгельса (бывш. Ваганьковским переулком), им параллельный.

Между улицей Калинина (Арбатом) и улицей Герцена (бывш. Никитской), кроме существующих шести переулков, показано еще: 1 — у западных стен Никитского монастыря, между современной улицей Грановского и Большим Кисловским переулком; 2 — к северу от последнего, между Нижним и Средним Кисловскими переулками, до шедшего в середине квартала между ними еще одного исчезнувшего переулка; кроме того, еще один переулок шел между улицами Грановского и Моховой.

Между улицей Герцена (Никитской) и улицей Горького (Тверской) показано десять сквозных переулков, вместо существовавших в 1917 году и ныне существующих семи, и шесть переулков, связывавших сквозные между собой, из которых сохранились только два — Елисеевский и Большой Гнездниковский.

Один из исчезнувших переулков продолжал современный Большой Гнездниковский переулок почти до самой улицы Герцена и выходил на современный бульвар у Никитских ворот, между современными домами № 2 и № 4.

Другой переулок продолжал Малый Гнездниковский до нынешнего здания Кустарного музея и здесь выходил коленом на улицу Станиславского.

Третий переулок продолжал шедшую от улицы Герцена улицу Станкевича (современная улица Станкевича от Елисеевского переулка была тогда продолжением Хлыновского переулка, только в XVIII веке сделавшегося тупиком). Этот переулок выходил на улицу Горького против Столешникова переулка.

Между Брюсовским переулком и улицей Огарева шел еще один сквозной переулок, им параллельный.

Такой же сквозной переулок был между улицами Белинского и Моховой.

Весь район между улицами Герцена и Горького пересекал посредине и по их направлению переулок, позже называвшийся «Успенский вражек»; его не видно лишь между Большим Гнездниковским переулком и проездом у Белого города и между Брюсовским переулком и последним сквозным у Моховой улицы.

Кроме этого переулка, к западу от него один переулочек соединял Большой Гнездниковский переулок с улицей Станиславского, другой — последний сквозной с Моховой улицей.

К востоку такой же переулочек соединял проезд у Белого города с Большим Гнездниковским переулком на месте нынешнего колена, а улицу Станиславского с улицей Огарева соединял переулочек на месте нынешнего Елисеевского и его продолжения к югу во дворах.

Между улицей Горького (Тверской) и Пушкинской (Дмитровкой) показано на плане одиннадцать сквозных переулков вместо нынешних пяти, не считая Охотного ряда и бывших к югу от него проездов между рядами лавок.

Исчезли: переулок между Козицким и проездом у вала Белого городя; переулок между Козицким и улицей Немировича-Данченко; переулок между последней и Столешниковым переулком, шедший по северной части современной Советской площади; два переулка между Столешниковым переулком и проездом Художественного театра и один между этим проездом и Георгиевским переулком.

Между Пушкинской (Дмитровкой) улицей и Петровкой было восемь сквозных переулков, один несквозной, три перпендикулярных к ним и два тупика; ныне осталось пять переулков. Исчезли: переулок, шедший параллельно Пушкинской улице от вала подле Белого города до Столешникова переулка, и два параллельных ему к востоку, от вала до первого от него сквозного переулка; этот последний между проездом у вала и улицей Москвина; один сквозной переулок между последней улицей и Столешниковым переулком; один, шедший с Петровки лишь до исчезнувшего позже переулка, параллельного Пушкинской улице, и один тупик с Пушкинской улицы к востоку; другой тупик — также с Пушкинской улицы, между Столешниковым и Дмитровским переулками; переулок между последним и Кузнецким мостом. Между Петровкой и рекой Неглинной, текшей тогда в открытых берегах, на плане показано девять сквозных переулков и два из последнего на современный Петровский бульвар. Теперь здесь только четыре переулка. Переулок с Петровки в середине соединился с переулком к валу Белого города и дал современный Крапивенский переулок; продолжение его к Неглинной, равно как другой переулок к валу, исчезли; исчезли два скзозных переулка между Крапивенским и Рахмановским и три между ним и Кузнецким мостом.

Между рекой Неглинной и Рождественкой, не считая плацдарма на современном Театральном проезде, было семь сквозных переулков, два переулочка от реки:
к параллельному Рождественке между пятым и шестым сквозными переулками, один переулок из последнего на современный Рождественский бульвар и один тупик с Рождественки между четвертым и пятым сквозными переулками. Теперь здесь только пять сквозных переулков. Исчезли: переулок между проездом у вала Белого города и Нижним Кисельным переулком, а также выходивший из него переулочек к валу; два поперечных и один продольный переулки между Большим Кисельным и Звонарским: тупик с Рождественки между Звонарским и Сандуновским пepeулками; сквозной переулок с Рождественки к Неглинной, между Сандуновским переулком и Кузнецким мостом.

Между Рождественкой и улицей Дзержинского (Сретенкой) было, как и сейчас, четыре сквозных переулка и один — из последнего на современный Рождественский бульвар. Но, кроме них, было еще по одному тупику с Рождественки и Сретенки между Кузнецким и Варсонофьевским переулками, коленчатый переулок между валом и Кисельным со Сретенки на современный бульвар у стен Сретенского монастыря и два тупика из современного Большого Кисельного переулка к югу. Между улицами Дзержинского и Мархлевского были те же, что и сейчас, Сретенский переулок и Малая Лубянка.

Между же улицей Мархлевского и улицей Кирова (Мясницкой), кроме Боброва переулка, показан западнее еще один сквозной, до которого продолжался внутри квартала современный Фроловский переулок; он шел и дальше и выходил на улицу Кирова коленом.

Между улицей Кирова и современной Маросейкой — улицей Чернышевского (тогда обе улицы назывались Покровкой) можно различить на плане четыре поперечных и восемнадцать продольных переулков и один тупичок вместо нынешних четырех поперечных и четырех продольных переулков. Исчезли: продолжение к валу Белого города Кривоколенного переулка; два переулочка туда же из Потапова переулка; продолжение до Кривоколенного переулка Девяткина переулка; средний переулочек из него в Потаповский переулок (между Телеграфным и Сверчковым), продолжавшийся и по другую сторону — до Большого Комсомольского переулка; косой переулок от угла Кривоколенного и Армянского переулков к задним воротам Златоустовского монастыря, стоявшего в Большом Комсомольском переулке; тупичок в последнем к западу.

Между Покровкой и современным Подколокольным переулком показано шесть поперечных и пять продольных переулков вместо ныне существующих пяти тех и других. Исчезли: два переулка между проездом Серова и Спасо-Глинищевским переулком; переулок из Старосадского на Покровку — к церкви Успения в Котельниках: переулок между Хохловским и Большим Вузовским им параллельный, но не доходивший до вала Белого города, и переулочек, соединявший его с Большим Вузовским; переулок к валу между Малым Вузовским и Подколокольным.

Наконец между современным Подколокольным переулком, Яузой, рекой Москвой и плацдармом у стены Китай-города находилось тринадцать улиц и переулков, вследствие гористой местности чрезвычайно запутанных, вместо имеющихся в настоящее время пяти. Можно сказать лишь, что исчезли три улицы и два переулка между Солянкой и Китайским проездом, да три переулка к востоку от Солянки.

Кроме того, вдоль всей стены Белого города с внутренней стороны на плане везде показаны проезды, а самые стены примыкающими на западе к стенам Кремля, на востоке — к стенам Китай-города.

Подсчет показывает, что на месте существовавших в 1917 году в Белом городе, между плацдармами у стен Кремля и Китай-города и проездами у стен Белого города (занятыми в это время уже улицами и площадями), 15 радиальных улиц и 77 других улиц и переулков, в конце XVI века существовало тоже 15 радиальных улиц, но 164 других улицы и переулка, т. е. кварталы были рассечены проездами вдвое больше, следовательно, были значительно мельче.

В объяснении к плану говорится, что между Ильинскими и Варварскими воротами на плацдарме Китай-города находилась Конная площадь, а против Варварских ворот — тюрьма для пьяниц.

За стенами Белого города показан широкий плацдарм, по ширине достигающий почти половины ширины Земляного города. В восточной его части, от реки Неглинной до реки Москвы, показан за стенами Белого города ряд отдельных рвов. Застроен плацдарм мелкими деревянными, разбросанными в беспорядке строениями только между рекой Неглинной и Петровскими воротами. Вероятно, это упоминаемый иностранными путешественниками рынок готовых срубов домов — Лубяной торг. В противоположность довольно точно нанесенной сетке улиц и переулков Белого города в Земляном городе совершенно не показаны переулки между радиальными улицами, да и сами радиальные улицы нанесены неполно и неточно. Например, от Чертольских ворот Белого города (ныне Кропоткинских) показана одна улица — к Чертольским воротам Земляного города, т. е. современная Кропоткинская, а Метростроевская (бывш. Остоженка) совсем не показана. От Арбатских ворот Белого города к таким же воротам Земляного города показан современный Арбат, а улица Воровского (бывш. Поварская) совсем не показана. Точно так же показана одна лишь современная улица Герцена между Никитскими воротами Белого и Земляного городов и не показана Малая Никитская улица, отходившая от первых ворот. Огромный квартал между современными улицами Герцена и Горького (между Бульварным и Садовым кольцами) показан на плане маленьким, а улица Горького (Тверская), отходящей не от Тверских ворот Белого города, а приблизительно от середины современного Тверского бульвара. Между же Тверскими воротами Белого города и Дмитровскими Земляного показана современная улица Чехова (бывш. Малая Дмитровка), прямой линией продолжающая Тверскую Белого города; при этом квартал между улицами Чехова и Горького показан втрое большим, чем между улицами Горького и Герцена. Против Дмитровки же Белого города никакой улицы в Земляном городе не показано. Петровка в Земляном городе показана против Петровки Белого города, но квартал от нее до реки Неглинной застроенным лишь наполовину. У реки на другой его половине — широкая площадь. Между рекой Неглинной и Сретенкой не показано никаких улиц, а сама Сретенка показана отходящей не от Сретенских ворот Белого города, а от середины современного Сретенского бульвара. Между Сретенскими и Покровскими воротами Земляного города не показано Красных ворот и никаких улиц. Между Покровскими воротами и Яузой — только одна параллельная последней улица, в которой можно предполагать современную улицу Обуха (Воронцово поле). За Яузой показана одна большая улица между Яузскими воротами Белого города и такими же Земляного. От нее, не считан набережной Яузы, отходит влево два переулка, вправо — три. Ни современной Ульяновской улицы (Николо-Ямской), ни улицы Володарского (Вшивой горки), отходивших от Яузского моста, не показано.

Улицы к воротам показаны необычайно широкими и замощенными посредине бревенчатой мостовой.

Замоскворечье, являющееся тоже частью Земляного города, показано еще схематичнее. Кроме широкого пространства вдоль реки Москвы, по которому позже прошел Водоотводный канал, здесь нельзя знать ни одной современной улицы. От Москворецкого моста к югу показана квадратная площадь с лавками посреди и банями в начале современной Раушской набережной. Между набережной реки Москвы к востоку от моста и местом современного Водоотводного канала показан один длинный квартал, без улиц и переулков внутри. К западу от площади у Москворецкого моста показан большой государев сад, разделенный на прямоугольные участки с деревьями. Он оканчивался против Тайницких ворот Кремля, которые показаны на месте современной Благовещенской башни. За ним до устья реки Неглинной шла квадратная площадь, затем небольшой строительный квартал, оканчивавшийся против современной Ленивки, а дальше до самого Земляного (Крымского) вала — площадь с несколькими отдельными строениями у вала.

Местность к югу от пространства на месте Водоотводного канала изображена на плане застроенной строительными кварталами. От площади у Москворецкого моста отходят две большие улицы, заканчивающиеся у вала огромными площадями. В стене Земляного города, против квартала между этими улицами, показаны Серпуховские ворота, приблизительно на месте нынешней Зацепы. Третья большая улица, тоже расширяющаяся с середины в площадь, отходит от конца строительного квартала, против Ленивки, и оканчивается у Калужских ворот, нанесенных на плане скорее на месте нынешней Добрынинской площади (Серпуховских ворот), чем на своем. Между этой улицей и отходящей от площади у Москворецкого моста показано три переулка, идущих по их же направлению, но доходящих лишь до середины квартала, и один сквозной поперечный переулок между концами больших улич и площадей близ Земляного вала. К западу от третьей большой улицы показан также один поперечный проезд. Такова планировка Замоскворечья на плане, именуемом Петровым.

Застройка Москвы на Петровом плане дана в изображении домов, церквей, лавок, садов и проч., но они настолько мелки и схематичны, что только в Кремле могут быть опознаны с большей или меньшей достоверностью. В других же частях города установить их, за небольшими исключениями, почти невозможно. Поэтому мы не беремся за этот труд, и застройку Москвы в XVII веке, мало отличавшуюся от за стройки в конце XVI века, характеризуем другими материалами.

На Петровом плане помещены некоторые объяснения его содержания. Город делится на Кремль, Китай-город, Царь-город (Белый город) и Скородом (Земляной город), часть которого в Замоскворечьи называется Стрелецкой слободой, «потому что те дома населяют солдаты и стража великого государя, царя и великого князя и другие питомцы Марса».

Объяснений к Кремлю на плане нет.

В Китай-городе отмечаются: 1) храм святой Троицы (Василия Блаженного), называется также «Иерусалимом, к которому в праздник Вербного воскресенья царем приводится патриарх, сидящий на осле»; 2) колокольня этого храма; 3) «Лобное место», как «возвышение, построенное из кирпича, где в дни молебствий патриарх поет некоторые песнопения, также оно служит для объявления народу»; 4) «площадь» (Красная), «назначенная для казней»; 5) «Неглинные ворота» (Воскресенские), которые называются и «Львиными»; 6) «ворота к Москве-реке» (Москворецкие); 7) «мастерские продающих сапоги» (ряд из шести сомкнутых лавок ниже Василия Блаженного, против Нижних рядов); 8) «таможня, где платится пошлина со всех привозимых товаров» (на месте позднейшего Мытного двора, близ Москворецких ворот); 9) «палатки торговцев, где продаются всякие товары» (Верхние, Средние и Нижние ряды, лавки за последними в Зарядьи через переулок и лавки у Неглинных ворот, у самой стены Китай-города); 10) «лавки иконописцев» (Иконный ряд посреди Никольской улицы); 11) «Гостиный двор, где пользуются пристанищем для продажи своих товаров pусские (курсив мой. — П. С. ), из окрестных городов» (на Ильинке, против современного Гостиного двора); 12) «Монетный двор» (не найден, но он находился не там, где помещался впоследствии, т. е. у Воскресенских ворот); номерами 13—33 обозначены не найденные мною на плане учреждения, кроме номеров 21—23, обозначавших Варварские, Ильинские и Никольские ворота Китай-города 84.

Для характера застройки и использования территории последнего все же показательно, что под номером 14 отмечался храм Вознесения, «крыша башни которого вызолочена»; под номером 33 — «св. Никола, монастырь, где совершаются крестные целования в знак клятвы в сомнительных делах» (вероятно главным образом торговых); под номером 18 — подворье Новгородского монастыря; 20 — тюрьма; 24 — типография; 32 — «судный двор, где разбираются гражданские дела и назначаются наказания за более легкие преступления, как воровство и тому подобное» (не Земский ли это приказ на месте Исторического музея?); 31 — «арсенал, где хранятся военные орудия», 17 — «двор послов» (посольский двор).

Под остальными номерами показаны дворы: деда царя Михаила Федоровича — Никиты Романова, Михаила Никитича Романова, Булгаковых, Степана Годунова, иноземца де Валя, бояр Буйносова, Телятевского, Шереметева, Черкасского.

Скворцов замечает, что многие из последних умерли до воцарения Михаила Федоровича, и выводит отсюда, что в его время чертеж был только гравирован и надписан, а составлялся раньше 59.

В Царь-городе (Белом) отмечены: 1) «царская конюшня» (на месте Музея изобразительных искусств на Волхонке); 2) «ворота, ведущие к воде, для обслуживания скота» (Водяные ворота Белого города у Большого Каменного моста); 3) «сад с травами для царской аптеки» (Аптекарский сад); 4) «новый земский двор» (на месте Манежа);

5) «больница» (на Новой Манежной площади, против университета);

6) «двор, где отливаются военные орудия» (Пушечный двор); 7) «Конная площадь» (на месте Лубянского сквера); 8) «двор польских купцов, с которым соприкасается двор армянских купцов» (не найден 85); 9) «больница (?), где продаются соль и рыба» (Соляной двор на Солянке); 10) «Бражные тюрьмы, тюрьма для пьяниц» (на площади Ногина).

Все ворота, кроме Мясницких, обозначены правильно. Мясницкие же названы Фроловскими, но их номер 12 поставлен у Калужских ворот Земляного города.

В Скородоме объяснены лишь: 1) «сад великого князя» (на Болоте, против Кремля); 2) «теплые воды или бани» (на Балчуге, у Москворецкого моста); 3) «Дровяной рынок» (на месте Петровского бульвара).

Рвы с водой из Неглинной в Москву-реку показаны: на Красной площади, на Театральном и Китайском проездах, на Бульварном кольце, от Неглинной до Яузских ворот, и даже на Садовом кольце — от Неглинной до 1-й Мещанской улицы.

Так как указанная выше планировка Москвы в Земляном городе показана почти одинаково с Петровым планом на всех планах-чертежах XVII века, из других документов которого мы точно знаем о существовании в это время улиц и переулков, на планах не показанных, то вправе сделать заключение, что изображение их на Петровом плане и других планах XVII пека схематично и не отвечает действительности.

Местность за Земляным городом на этих планах почти совсем не показана. Исключением является только план Массы, на котором показаны застроенными за воротами Земляного города Тверская дорога, дорога за Петровскими, Сретенскими и Яузскими воротами, но лишь рядами домиков по обеим сторонам дорог, да и то на небольшое расстояние. В конце не застроенной ничем дороги за Серпуховскими воротами показан Данилов монастырь, а на юго-западе, за Чертольскими воротами Земляного города и обширным полем за ними, — Новодевичий монастырь. Остальное пространство показано покрытым дорогами и холмами без строений. Между тем мы знаем, что, кроме Данилова и Новодевичьего монастырей, в начале XVII века за Земляным городом стояло уже много и других строений (см. дальше).

101614 Годуновский план-чертеж Москвы (1600—1605 гг.) очень схож, но не тождествен с Петровым планом. Главное его отличие, по которому М. И. Александровский и С. К. Богоявленский, вопреки Белокурову и Скворцову, считают Петров план его предшественником, а не наоборот, — показ на Годуновском плане колокольни Ивана Великого в Кремле в современном виде, как она была построена в 1600 году, тогда как на Петровом плане эта колокольня показана еще без Годуновского столба. В остальном различий в изображении Кремля почти нет или они мало существенны.

В Китай-городе ряды на Красной площади показаны на Годуновском плане не так, как на Петровом. Во-первых, на нем совершенно не показано Нижних торговых рядов. Во-вторых, Верхние и Средние ряды показаны без внутреннего членения на кварталы, а в виде сплошных линий лавок, идущих с севера на юг, причем число проходов между ними также не то, что на Петровом плане.

В Белом городе, на плацдарме вокруг Кремля и Китай-города, показано в нынешнем Охотном ряду лишь два ряда лавок вместо трех, и также без внутреннего членения рядов. Церковь Параскевы хорошо показана и на своем месте, но в строительном квартале. На Пушечном же дворе изображена одна башня вместо двух на Петровом плане.

Кварталы Белого города, имея то же число радиальных улиц, показаны с меньшим количеством переулков. Например, между Волхонкой и улицей Фрунзе, кроме существующих сейчас переулков, показан только один исчезнувший, соединявший современную улицу Маркса и Энгельса с улицей Грицевеца. Между тем, как мы видели на Петровом плане, здесь было пять не существующих теперь переулков.

В Земляном городе те же ошибки в направлении радиальных улиц, что и на Петровом плане. Как и там, между Бульварным и Садовым кольцами переулки показаны только в Таганке и Замоскворечьи, и то далеко не все даже из существующих доныне. Но гораздо лучше показана застройка: число церквей, например, можно вполне свободно сосчитать в каждом квартале и определить, на каком месте они стояли. Можно сосчитать также и число домов, которые стояли главным образом у плацдарма Белого города и у проезда перед валом Земляного города. Внутри кварталов показано много дворов и огородов при сравнительно слабой застройке.

В Замоскворечьи не показано, как на Петровом плане, площади внутри большого квартала в центре.

В южной деревянной стене Земляного города показано только двое ворот — Серпуховские и Калужские. Ворота против Зацепы, ошибочно названные на Петровом плане Серпуховскими, не показаны.

Церкви и монастыри, особенно в Белом и Земляном городах, показаны на Годуновском плане (о показе их на Петровом плане за неясностью изображения почти ничего сказать невозможно) далеко не все, известные нам из документов. Например, в квартале между рекой Москвой и Волхонкой не показано ни Алексеевского монастыря, ни церкви Всех святых. Между Волхонкой и улицей Фрунзе нет не только бывших, но не дошедших до нас церквей, но даже церкви Ржевской богоматери на Гоголевском бульваре и церкви Антипы в Антипьевском переулке.

Из мостов, как и на Петровом плане, указан на Москве-реке только один — деревянный Москворецкий; на Яузе — также только один, деревянный Яузский, на месте нынешнего Астахова моста. Через Неглинную показано два каменных моста — Троицкий и Воскресенский (Неглиненский), и три деревянных — Боровицкий, у Пушечного двора и на Трубной площади.

Деревянные мостовые показаны лишь в Земляном городе на радиальных широких улицах. Но интересно, что в Замоскворечьи не показано мостовой ни на Большой Полянке, ни на Большой Якиманке, ведших к Серпуховским и Калужским воротам, а показана мостовая лишь на улице от Москворецкого моста, ведшей к не обозначенным на плане воротам против Зацепы.

На Годуновском плане приведено мало объяснительного текста:
«А) город Кремль — царский двор; В) Китай-город — средний город; С) Царь-город — царев город; D) Скородом — внешний город; Е) Стрелецкая слобода — или солдатское поселение».

В Кремле объяснены: а) «присутственное место» (приказы); b) «патриарший дом»; с) «храм святого Михаила (Архангельский собор), царская гробница».

В Китай-городе: d) возвышенное место, назначенное для молений духовенства и царских объявлений» (Лобное место); е) «торговые палатки» (ряды); f) «Городские судилища» (Земский приказ) в начале Никольской улицы.

В Белом городе: d) «Литейный двор» (Пушечный); h) «Конная площадь» (в Ильинском проезде).

В Земляном городе: i) «общественные бани» (у Москворецкого моста); к) «Дровяная площадь» (на Петровском бульваре); 1) «царский сад» (против Кремля); m) «конюшня» (на Волхонке).

101606 План Исаака Массы (1606 г.) слишком мелок, чтобы можно было проследить по нему внутреннюю планировку и застройку города. Пропорций не только между отдельными кварталами и улицами, но даже между целыми частями города в нем не соблюдено. Например, Кремль у него показан четырехугольником и по размерам больше Китай-города, если не принимать во внимание Красную площадь. Реки Неглинная и Яуза по ширине показаны равными реке Москве. Но все же в Китай-городе отчетливо видны четыре его главные улицы, в Белом — все радиальные улицы, в Земляном — радиальные улицы правильнее, чем на Петровом плане, особенно в Замоскворечьи. За Земляным городом показаны реки Пресня и Сетунь, кроме уже упоминавшихся рек Яузы и Неглинной. Можно узнать и некоторые дороги из Москвы в другие города.

П. Н. Миллер опубликовал в 1929 году сведения о другом плане Исаака Массы и привел фотоснимок с него. Но в сравнении с первым планом он менее интересен, так как почти не дает окрестностей за Земляным валом, а в Замоскворечьи совершенно неправильно отображает четыре главные улицы от реки Москвы перед Кремлем и Китай-городом до Калужских и Серпуховских ворот в виде буквы «W».

Реки Неглинная и Яуза на этом чертеже уже реки Москвы, но направление Яузы изображено почти без изгибов. За Земляным валом можно предположить показанными лишь Данилов, Новодевичий, Саввинский и Новинский монастыри да три церкви в Таганке. Для планировки и застройки Москвы этот план, таким образом, почти ничего не дает сравнительно с первым, давно известным планом Исаака Массы. Твердо можно лишь сказать, что на составителе того и другого плана слабо отразилось влияние Петрова плана.

О происхождении своего плана-чертежа Москвы Исаак Масса записал в своем сочинении следующее.

«Во все время моего пребывания в Москве я неотступно прилагал великие старания, чтобы заполучить верное изображение города Москвы, но мне не удавалось, ибо там нет художников, и о них не заботятся, так как не имеют о том никакого разумения; правда, там ecть иконописцы и резчики, но я не осмелился побудить их сделать для меня изображение Москвы, ибо меня наверное схватили бы и подвергли бы пыткам, заподозрив, что я замышляю какую-нибудь измену. Так подозрителен этот народ в подобных вещах, что никто не отважится предпринять что-нибудь подобное; но в это время жил в Москве некий дворянин, который во время осады Кром был ранен в ногу, вследствие чего принужден был все время сидеть дома, и он пристрастился к рисованию, у него в доме среди слуг был иконописец, который и обучил его рисованию, и между прочим он начертил пером изображение Москвы... И так как он (этот дворянин) весьма хотел подарить мне что либо и всегда был рад видеть меня у себя, ибо я всегда поведывал ему (различные) истории, насколько их знал, то я попросил его подарить мне изображение Москвы. Услыхав о том, он клялся, что, пожелай я скорей его лучшую лошадь, он охотнее отдаст ее мне, но так как он почитал меня истинным своим другом, то дал мне изображение Москвы с тем, чтобы я поклялся не проговориться о том никому из московитов и никогда не называть его имени, ибо сказал он: «Это может стоить мне жизни; когда откроется, что я снял изображение Москвы и дал его иноземцу, то со мной поступят, как с изменником». И это изображение, сделанное пером, я приложил к своему сочинению».

101618 Сигизмундов план-чертеж Москвы (1610 г.) имеет большое сходство и с Петровым и с Годуновским планами, но не является их копией. Он дает изображение города во всех частях внутри Садового кольца не только со стороны планировки, но и со стороны застройки, изображая последнюю с птичьего полета с восточной стороны.

В Кремле на нем показан Иван Великий стоящим посреди квадратной площади, на западной стороне которой можно различить царский каменный дворец, Грановитую палату и Успенский собор, на южной стороне — Благовещенский и Архангельский соборы, здания приказов, монастырские подворья и проч. Улиц показано две — от Никольских ворот к Троицким воротам и к позднейшей улице, на которой стал Потешный дворец. Между ними шла улица от Троицких ворот к центру; от Спасских ворот — улица к дворцу, мимо Ивана Великого; от заложенных Константино-Еленинских ворот — к площади Ивана Великого и к приказам. Показана улица и на «подоле», возле южных стен Кремля. Все названные улицы, кроме улицы от Константино-Еленинских ворот и от Никольских ворот к улице с Потешным позже дворцом, покрыты деревянной мостовой.

На Красной площади Верхние и Средние ряды внутри показаны разбитыми на отдельные кварталы или лавки, каждая с двумя окнами, а некоторые и с дверью посредине. Лавки, очевидно, деревянные, а окаймляющие их со стороны "больших улиц и Красной площади ряды — каменные. Нижние ряды по улице Разина имеют тоже сомкнутый воедино ряд лавок, а за ним к югу — отдельные деревянные лавки.

На Красной площади отчетливее, чем на предыдущих планах, показаны пять церквей у рва — «на крови». Лобное место и два «раската» с пушками — у Никольских ворот и у Василия Блаженного.

Интересно данное на плане объяснение некоторых учреждений на Красной площади и в Китай-городе: ряды — это «шалаши или палатки, из которых продаются шкуры разного рода зверей и другие товары»; Лобное место — «помещение или возвышение, устроенное из кирпича, с которого великий князь показывается народу или провозглашаются народу указы государя».

В центре Китай-города, между улицами Разина и Куйбышева, показан обширный «двор или гостиница иностранных послов» — Посольский двор. В Китай-городе, особенно в восточной его части, много больших дворов с садами, 20 церквей, большей частью каменных.

Все башни Китай-города и Кремля, как и на Петровом и Годуновском планах, — без высоких шатров.

В Белом городе река Неглинная показана с двумя большими прудами — между мостом у Пушечного двора и Неглиненским (Воскресенским) мостом и за последним до Троицкого моста. Между Кремлевской стеной и современной Ленивкой показан широкий плацдарм, совершенно свободный от застройки. Не застроена даже северная сторона Волхонки, и церковь Антипы показана стоящей на плацдарме, оканчивающемся за ней продолжением к западу северной стороны современной Моховой улицы.

Между Боровицкими и Троицкими воротами показан у Неглинной Аптекарский сад, но церкви у Кутафьи не показано. Дальше, у Неглиненского моста, показаны лавки и Моисеевский монастырь, который не обозначен был на предыдущих планах. В Охотном ряду — два ряда и две церкви, но одна к югу, другая к западу от рядов.

На плане не только не видно всех переулков Белого города, изображенных на Годуновском плане, не говоря уже о Петровом, но не показано даже некоторых радиальных улиц, например, Дмитровки (теперь Пушкинской). Но показана новая улица — от Лучникова переулка к Мясницким воротам, — шедшая напрямик, по диагонали строительного квартала, и такая же диагональная улица от поворота к югу Солянки к Покровским воротам.

Очень хорошо показано на плане от реки Неглинной до улицы Фрунзе полукольцо на месте Копьевского переулка — улицы Маркса и Энгельса и другое полукольцо на линии Кузнецкого моста — улицы Грицевеца.

Все радиальные улицы показаны покрытыми деревянными мостовыми.

В Земляном городе склон от Метростроевской улицы к реке Москве показан наполовину у реки незастроенным. Между рекой Москвой и Чертольскими (Пречистенскими) воротами Земляного города показан обширный квартал вместо маленького на предыдущих планах. Против него в Земляном городе показано, не считая угольной башни у реки и башни Чертольских ворот, четыре глухие башни, тогда как на Петровом и Годуновском чертежах между рекой и Чертольскими воротами Земляного города не показано ни одной промежуточной башни, а три глухие и одна башня Чертольских ворот показаны между рекой и Арбатскими (Смоленскими) воротами Земляного города.

Можно предполагать, что составитель ошибся, совсем не показав Чертольских ворот Земляного города, а ими обозначив Арбатские ворота. Это подтверждается еще и тем, что составитель не изобразил Петровских ворот Земляного города, а Лубяной торг, «площадь, на которой продаются сено и разного рода палатки или домики», поместил на плацдарме Белого города, между Неглинной и Тверскими воротами. Но он правильно не показал Тверскую улицу и ворота из нее в Земляном городе почти рядом с Никитской улицей и воротами, а расположил между ними большой строительный квартал. Однако, придерживаясь начертаний Петрова и Годуновского планов, он вынужден был поместить и Никитские ворота Земляного города против Арбатских ворот Белого города, Тверские ворота — против Никитских, Дмитровские — против Тверских, а против Петровских никаких ворот в Земляном городе не обозначил.

В восточной части Земляного города, против Мясницких ворот Белого города, не дано ни продолжения Мясницкой улицы, ни Красных ворот у нынешнего Орликова переулка.

В Замоскворечьи на этом плане снова появилась исчезнувшая на Годуновском плане площадь в центре, на которой составитель поместил надпись: «Четвертая часть города на юг, называемая Стрелецкая слобода».

Ворот против Зацепы, как и на Годуновском плане, не показано, хотя в направлении их указаны от Москворецкого моста две большие улицы, покрытые деревянной мостовой.

Пятницкой улицы и Большой Ордынки на этом плане, как и на Петровом и Годуновском, не видно. Отчетливее, чем на них, видим три переулка, в которых можно предполагать современные Старомонетный, Лаврушинский и 1-й Кадашевский. Лучше показана и Большая Якиманка, имевшая от Полянского переулка общее с Полянкой продолжение к Болоту.

На Сигизмундовом плане немного обозначений его содержания. Они даны под заглавием «Более замечательные места города Москвы», среди которых перечислены: 1) «замок великого князя, называемый Царь-город» (?) (Кремль); 2) «новые палаты великого князя» (Набережные палаты); 3) «церковь святого Михаила» (Архангельский собор, но цифра на плане стоит у колокольни Ивана Великого); 4) «двор или палаты патриарха» (к западу от Грановитой палаты).

В Китай-городе отмечены: 5) «помещение или возвышение, устроенное из кирпича, с которого великий князь показывается народу, или провозглашаются народу указы государя» (Лобное место); 6) «шалаши или палатки, в которых продаются шкуры разного рода зверей и другие товары» (ряды); 7) «Земский приказ и канцелярия, близ которых заведения торговцев благовонными мазями или аптекарские склады» (в начале Никольской улицы, против Верхних рядов); 8) «двор или гостиница иностранных послов» (на Ильинке, между Рыбным переулком и проездом Владимирова); 9) «палатки живописцев, иконный ряд» (от средины Никольской улицы до Большого Черкасского переулка, по обеим сторонам улицы); 10) «тюрьмы, или места заключения для преступников» (на южной стороне Варварки, у Варварских ворот, и другая — в проезде Серова); 11) «двор или гостиница иностранных купцов — Гостиный двор» (в Белом городе, на углу Лучникова переулка и проезда Серова); 12) «площадь, на которой продается сено и разного рода палатки или домики» (Лубяной торг на месте Петровского бульвара).

В Земляном городе: 13) «теплые воды или бани» (на Балчуге, у Москворецкого моста, и другие у Яузского моста); 14) «сад великого князя» (против Кремля); 15) «Поганое озеро или пруд» (у Покровских ворот, но внутри Белого города, за церковью Троицы); 16) «конюшни великого князя» (на Волхонке); 17) «Арсенал» (в Историческом проезде против музея); 18) «Конная площадь» (на месте Лубянского сквера); 19) «Литейный дом» (Пушечный); 20) «двор Глинских» (не найден).

Таким образом, на планах Петровом, Годуновском и Сигизмундовом мы видим планировку и застройку Москвы в конце XVI — начале XVII века, более детальную в Кремле и Китай-городе, менее детальную в Белом городе и довольно схематичную, а подчас и неверную в Земляном городе с Таганкой и Замоскворечьем. За Земляным городом кое-что мы узнаем лишь из плана-чертежа Исаака Массы.

Сравнивая между собой объяснения, приведенные на Петровом, Годуновском и Сигизмундовом планах, видим, что некоторые из них тождественны, другие дополняют друг друга. Это также говорит о происхождении всех трех планов от одного, но скопированных с него в разное время, с дополнениями и изменениями как на самих планах, так и в объяснительном к ним тексте.

К сожалению, у нас нет описания Исаака Массы к его плану, в особенности к тем зданиям, дорогам и проч., которые он изобразил за Земляным городом. Об этом мы можем почерпнуть некоторый материал лишь из дошедших до нас русских документальных данных и записок иностранных путешественников.

...
Суммируя приведенные выше данные из объяснений на планах — чертежах Петровом, Годуновском и Сигизмундовом и из записей иностранных путешественников XVI — начала XVII века видим, что Москва в это время разделялась на Кремль, Китай-город, Царь-город (в пределах Бульварного кольца) и Скородом, или Деревянный город (в пределах Садового кольца), причем часть последнего за Москвой-рекой называлась Стрелецкой слободой.

По запискам путешественников узнаем, что город, кроме каменных и деревянных стен, защищали еще овраги, болота и пруды, очевидно, за Деревянным городом.

В Китай-городе жили главным образом купцы. Но это утверждение одного из путешественников расходится с другими показаниями, говорящими, что в Китай-городе жило много знати. Можно думать, что жили и те и другие.

В Царь-городе жили бояре, купцы и «горожане»; в числе последних, вероятно, и дворяне, и чиновники, и посадские.

В Скородоме (Деревянном городе) жил простой народ (мелкие торговцы, ремесленники, крестьяне); в Замоскворечьи — солдаты (стрельцы).

Каменные дома и другие строения были главным образом в Кремле. В Китай-городе, кроме выходивших на Красную площадь и на главные улицы сомкнутых рядов каменных лавок с погребами и каменных церквей, почти все остальные здания были деревянные.

В Царь-городе и Скородоме почти все строения, даже многие церкви, были деревянные.

Крыши на домах были деревянные, покрытые сверху корой березы или сосны.

Богатые и знать имели дома в два-три этажа (знать, вероятно, в третьем этаже имела терема). Бедняки жили в курных избах.

Все дома стояли не сомкнуто, а отдельно друг от друга. Дворы (конечно, у богатых людей) были большие; в некоторых из них были сады.

Улицы достигали в ширину 4 саженей («четыре подводы могли проехать в один ряд»). Большие улицы были замощены положенными поперек бревнами. На других в дождь была непролазная грязь.

На реках Яузе и Неглинной стояли водяные мельницы.

В Царь-городе наиболее замечательными, с точки зрения путешественников, учреждениями были: царская конюшня на Волхонке, Пушечный двор на Неглинной улице, Аптекарский сад между Боровицкими и Троицкими воротами, Конная площадь на месте Лубянского сквера и тюрьма для пьяниц — тут же. За стенами Царь-города их внимание привлекал торг домами (срубами домов) на месте современного Петровского бульвара. В Замоскворечьи они останавливали свои взоры на саде царя против Кремля и на банях у Москворецкого моста.

Каменные стены Кремля, Китай-города и Царь-города менее привлекали внимание иностранцев, чем стены Скородома, которые имели в высоту «три копья» (около 3 саженей).

Деревянные стены Скородома были сожжены в 1611 году интервентами.

Таковы сведения о Москве конца XVI — начала XVII века.
Аватара пользователя
Kolesov
 
Сообщения: 332
Зарегистрирован: 17 июл 2010, 13:03